— Да, да, надо работать. О! да, надо работать!
— Я дурно спела? — сказала я наконец, — я так боялась!
— Ах! барышня, — нужно привыкнуть, нужно превозмочь этот страх, он был бы совершенно неуместен на сцене!
(Но я была в восторге уже от того, что он сказал, потому что то, что он сказал, страшно много для бедной девушки, которая не доставит ему никакой выгоды. Привыкнув к лести, я приняла, было, этот холодный рассудительный тон за холодность, но скоро поняла, что в сущности он остался доволен).
Он продолжал:
— Нужно работать, у вас есть данные… Это уже страшно много!
Между тем аккомпаниатор мерил меня взглядом с ног до головы, тщательно осматривая мою талию, плечи, руки, фигуру. Я опустила глаза, прося провожавших меня дам выйти.
Вартель сидел, я стояла перед его креслом.
— Вы брали уроки?
— Никогда… то есть только десять уроков.