— А Антонелли имеет свои виды на этого молодого человека?
— О, да, но они разъединены политикой, хотя теперь все обстоит лучше.
— Вы говорите, что Антонелли против меня?
— Очень. Он не хочет этого брака из-за религии… Но он начинает смягчаться… о, очень мало… все это зависит от политики. Я же вам говорю, что Антонелли и этот молодой человек несколько времени тому назад были совершенно разъединены, Антонелли был безусловно против него…
* * *
Итак, что скажете вы обо всем этом? Вы, считающие все эти вещи шарлатанством? Если это и шарлатанство, то оно дает удивительные результаты!
Я записала все совершенно точно; быть может, я что-нибудь пропустила, но ничего не прибавила. Разве это не удивительно, разве это не странно?
Тетя разыграла неверующую, так как она ужасно рассердилась на кардинала; она начала против Alexis целый ряд фраз, без цели и смысла, которые страшно раздражали меня, так как я знала, что она не думает ничего из того, что говорит.
Насколько вчера мое настроение было повышено, настолько-же оно понизилось сегодня.
Суббота, 22 июля. Я больше не думаю о Пиетро, он недостоин этого, и, славу Богу, я не люблю его.