Суббота, 20 сентября. Приходил С. и, не помню по какому поводу, сказал, что люди -- перерожденные обезьяны. Это мальчуган с идеями дяди Николая. "В таком случае,-- сказала я ему, -- вы не верите в Бога?" -- "Я могу верить лишь в то, что я понимаю",-- возразил он.
О скверное животное! Все мальчишки, у которых начинают пробиваться усы, рассуждают таким образом. Это молокососы, воображающие, что женщины не могут ни размышлять, ни понимать их. Они смотрят на них, как на каких-то говорящих кукол, которые сами не понимают того, что говорят. Они покровительственно позволяют им говорить. Я высказала ему все это, исключая только "скверное животное" и "молокососов". Он наверно прочел какую-нибудь книгу, не понял ее, и теперь цитирует из нее отдельные места. Он доказывает, что мир создан не Богом, ссылкой на то, что на полюсе найдены оледенелые скелеты и растения: следовательно, они жили, а теперь их нет!..
Я не говорю ничего против этого, но разве наша земля еще до сотворения человека не подвергалась разным изменениям? Нельзя же буквально принимать слова, что Бог создал мир в шесть дней. Элементы образовывались веками, веками и веками. Но Бог есть: можно ли отрицать это, видя солнце, деревья и самих людей. Как не признать, что есть рука, которая направляет, отнимает и вознаграждает, и что это рука Бога?..
Понедельник, 13 октября. Я отыскивала заданный урок, когда Хедер, моя гувернантка, англичанка, сказала мне: "Знаете, герцог женится на герцогине М.". Я приблизила книгу к лицу, почувствовав, что покраснела, как огонь. Я чувствовала, как будто острый нож вонзился мне в грудь. Я начала дрожать так сильно, что едва держала книгу. Я боялась потерять сознание, но книга спасла меня. Чтобы успокоиться, я несколько минут делала вид, что ищу... Урок свой я отвечала прерывающимся от неровного дыхания голосом. Я собрала все свое мужество, как, бывало, бросаясь в воду с мостика купальни, и сказала себе, что надо преодолеть себя. Я попросила диктовать мне, чтобы хоть несколько времени иметь возможность не говорить.
С наслаждением ушла я наконец к роялю -- попробовала играть, но пальцы были холодны и непослушны. Княгиня попросила меня научить ее играть в крокет. "С удовольствием", -- отвечала я весело, но голос мой еще дрожал. Подали карету, я побежала одеваться. В зеленом платье, с золотистыми волосами, беленькая и розовая -- я хороша, как ангел или как женщина. Мы едем.
Все время я думаю: он женится! Возможно ли? Я несчастна, несчастна не по-прежнему -- из-за обоев или мебели, но действительно несчастна.
Я не знаю, как сказать княгине, что он женится (потому что ведь когда-нибудь они все равно узнают это), и сознаю, что лучше сказать самой. Я выбираю момент, когда она садится на диван так, что свет падает сзади меня. Моего лица не видно. "Княгиня, знаете новость (мы говорим по-русски): герцог Г. женится". Наконец! Сказано... Я не покраснела, я спокойна, но что делается во мне, в глубине моей!!!
С того несчастного момента, как эта болтушка сообщила мне этот ужас, я как будто запыхалась, точно пробежала целую версту, -- то же ощущение: сердце бьется до боли.
Я играла на рояле с каким-то бешенством, но посреди фуги пальцы мои ослабели и я должна была прислониться к спинке стула. Я начинала снова -- та же история; в течение пяти минут я начинала и бросала... У меня в горле образуется что-то такое, что мешает дышать. Раз десять я вскакивала из-за фортепиано; я выбегала на балкон. О, Господи, что за состояние!
Вечером я не могла писать. Я бросилась на колени и плакала. Вошла мама; чтобы она не увидала меня в этом виде, я притворилась, что иду посмотреть, не готов ли чай. И еще я должна брать латинский урок! Какая мука! Какая пытка! Я не могу ничего делать, не могу смириться! Нет в мире слов для выражения моих чувств! Но что меня волнует, бесит, убивает-- это зависть: она меня раздирает, злит, сводит с ума! Если бы я могла ее высказать! Но ее надо скрывать и быть спокойной, и от этого я еще более жалка себе. Когда откупоривают шампанское, оно пенится и успокаивается, но когда лишь приоткрывают пробку, оно шипит, но не успокаивается. Нет, это сравнение неверно, я страдаю, я совсем разбита!!!