-- Этого нельзя знать: папа еще есть, нельзя же убивать папу! Папа должен жить..
-- А Антонелли долго проживет? Alexis покачал головой.
-- Значит, он очень болен?
-- О, да!
-- Что с ним?
-- У него болят ноги, у него подагра, и вчера... нет, третьего дня у него был страшный припадок. У него разложение крови; я не могу говорить этого даме.
-- Да это и не нужно.
-- Не волнуйтесь,-- сказал он.-- Вы меня утомляете. Думайте спокойнее, я не могу следить за вами...
Его рука дрожала и заставляла дрожать меня всем телом; я отпустила его руку и успокоилась.
-- Возьмите это,-- сказала я ему, подавая письмо Пьетро, запечатанное в конверт, подобный предыдущему.