Так вот как, господин француз! вы полагали, что имеете дело с экстравагантной девицей и — скажем прямо — богатой иностранкой! Но какого же вы мнения об иностранках? Ну, да это все равно. Что и говорить! Они, действительно, заслуживают, чтобы о них так думали. Но я не подхожу под общее правило. Я не русская, не иностранка, — я принадлежу, я равняюсь только себе самой. Я — то, чем должна быть женщина с моим честолюбием… и теперь наступила минута удовлетворить его… Так подождем же немного!
Мама была уже в постели, когда я вернулась. Я присела к ней на кровать. Вдруг у меня мелькнула мысль, которая заставила меня вскочить.
— Мне кажется, что г. де-Л. делает мне предложение — и довольно прозрачно?
— Да, конечно…
— Ему 27–28 лет, у него черная борода.
— Ну, так что-же?
— А вспомните-ка предсказание Моро. Четыре месяца тому назад она сказала: «В скором времени вам сделает предложение человек 27–28 лет, с черной бородой». Что вы на это скажете?
С этой минуты я опять ожила. Ах, если бы исполнилась только половина того, что она мне предсказывала!..
Она так настойчиво обещала мне всего, чего только можно желать!..
Понедельник, 28 ноября 1876 г.