Зачѣмъ-же всѣ, завидя ихъ клыки,
Становятся послушны и робки,
И кровожадныхъ этихъ тварей сносятъ,
И ихъ назадъ, къ Артуру, не отбросятъ?
О, нашъ Джеффрей безсмертный! Помню я,--
Въ Британіи великой былъ судья;
И именемъ онъ сходенъ былъ съ тобою,
И нѣжною, правдивою душою.
Какъ будто чортъ разстался со своей
Добычею и вновь среди людей