Когда, забывъ про Криспина Святого,
Оставитъ шило для пера тупого,
Чтобы для музъ сандаліи тачать,--
Какъ будутъ всѣ ему рукоплескать!
Писатели въ конецъ его захвалятъ
И дамы также; если-же ужалитъ
Его порой сатирикъ,-- то бѣда:
Завистникомъ зовутъ его тогда!
Вѣдь мнѣнье свѣта выше всякихъ мнѣній,--
Всѣ за него,-- ужели онъ не геній?