LXXV.
Чтобы теперь мы вспомнили о немъ.
Онъ средь полей стоитъ, уединенный,
Какъ будто вдругъ въ паденіи своемъ
Застывшій валъ... Любитель умиленный
Классическимъ созвучьемъ восхищенный,
Пусть холмъ латинской рифмой огласитъ.
Въ дни юности безъ смысла затверженный
Латинскій стихъ меня не восхититъ,--
Уже ничто теперь во мнѣ не воскреситъ.