"Хотя и лишенный всѣхъ своихъ бронзовыхъ украшеній, за исключеніемъ лишь одного кольца, которое было необходимо для сохраненія верхняго отверстія; хотя много разъ подвергавшіяся пожарамъ, нерѣдко заливаемый наводненіями и всегда открытый дождю, этотъ храмъ сохранился, все-таки, лучше всѣхъ прочихъ памятниковъ древности. Съ небольшими измѣненіями онъ перешелъ отъ языческаго культа къ христіанскому,-- и его ниши оказались настолько удобными для христіанскаго алтаря, что Микель-Анджело, всегда внимательно изучавшій античную красоту, избралъ ихъ планъ образцомъ для католической церкви". Форсайтъ, Италія, 1816, стр. 137.
Пантеонъ состоитъ изъ двухъ частей: портика или притвора, поддерживаемаго 15-ю коринѳскими колоннами, и ротонды, или круглаго храма, въ 143 фута вышиною и 142 въ поперечникѣ. Надпись надъ портикомъ (M. AСRIPPA. L. F. Cos. tertium. Fecit) указываетъ, что храмъ былъ построенъ Агриппой въ 27 г. до Р. X.
Стр. 170. CXLVII.
Поклонникъ генія своихъ боговъ встрѣчаетъ.
"Въ Пантеонѣ помѣщаются бюсты современныхъ великихъ или, по крайней мѣрѣ, выдающихся людей. Потокъ свѣта, нѣкогда падавшій сквозь широкій куполъ на цѣлый кругъ боговъ, теперь освѣщаетъ многочисленное собраніе смертныхъ, изъ которыхъ иные были почти обоготворены уваженіемъ своихъ современниковъ". (Прим. Байрона).
"Бюсты Рафаэля, Аннибала Карраччи, Пьеррино дель Вага, Цуккари и др. плохо гармонируютъ со многими новѣйшими фигурами, украшающими теперь ниши Пантеона. (Гобгоузъ).
Стр. 170. Строфа CXLVIII.
Темница предо мной...
"Въ этой и слѣдующихъ трехъ строфахъ говорится объ исторіи "дочери-римлянки", мѣсто дѣйствія которой, дѣйствительное или предполагаемое, показывается путешественникамъ близъ церкви св. Николая in Carcere. Затруднительность признать правду въ этой легендѣ указана въ "Историч. Объясненіяхъ". (Прим. Байрона).
Мѣстомъ дѣйствія сцены, изображенной въ группѣ "Caritas Romana", была, по преданію, кельи, находящаяся теперь въ фундаментѣ церкви св. Николая in Carcere, близъ Piazza Montanara. Самая легенда разсказана у Феста (De verborum signif., 1. XIV) слѣдующимъ образомъ: "Говорятъ, что Элій посвятилъ храмъ милосердію на томъ самомъ мѣстѣ, гдѣ нѣкогда жила одна женщина. Ея отецъ былъ заключенъ въ темницу, и она поддерживала его жизнь, тайкомъ кормя его грудью. Въ награду за этотъ подвигъ, она получила его освобожденіе. У Плинія (Hist. Nat, VII, 26) и Валерія Максима дочь спасаетъ такимъ образомъ не отца, а мать.