Взгляните только на всѣхъ этихъ обнищавшихъ, достопочтенныхъ джентльменовъ, на этихъ лордовъ, съ дырявыми карманами, на этихъ отчаянныхъ дэнди, на зоркихъ ихъ маменекъ и на заботливыхъ сестрицъ, которыя -- если онѣ умны -- гораздо искуснѣе мужчинъ умѣютъ обдѣлывать союзы, въ которыхъ золото играетъ первую роль. Полюбуйтесь, какъ они увиваются, съ своими баттареями, точно мухи около мёда, вокругъ каждой богатой невѣсты и какъ они стараются вскружить ей голову вальсомъ и лестью!
XXXIII.
Каждая тётка, каждая кузина строитъ свои планы. Я даже зналъ замужнихъ дамъ, которыя простирали своё безкорыстное желанье устроить подобное дѣло до-того, что пріискивали богатыхъ наслѣдницъ для своихъ любовниковъ. "Tantacne!..." {Виргилій.} Такова сила добродѣтели на этомъ счастливомъ островѣ, исходные пункты котораго -- "Дувръ" и "приданое", и часто несчастная наслѣдница, служащая цѣлью этихъ хлопотъ, имѣетъ причины жалѣть, что отецъ ея не оставилъ наслѣдника мужескаго пола.
XXXIV.
Многія очень скоро попадаются на удочку; другія же начинаютъ съ того, что отказываютъ дюжинамъ трёмъ изъ своихъ поклонниковъ. Интересно видѣть, какъ мило разсыпаютъ онѣ эти отказы, приводя тѣмъ въ неописанную досаду какую-нибудь кузину-пріятельницу отверженнаго искателя! Начинаются колкія замѣчанія: "Если миссъ (такая-то) намѣревалась отказать бѣдному Фредерику, то зачѣмъ же она читала его письма? Зачѣмъ съ нимъ вальсировала? Зачѣмъ, наконецъ, она глядѣла такъ, какъ-будто соглашалась сказать "да" вчера и говоритъ "нѣтъ" сегодня?
XXXV.
Зачѣмъ?-- зачѣмъ?-- А Фредъ былъ искренно къ ней привязанъ, и, притомъ, къ ней, а не къ ея богатству, такъ-какъ у него довольно своего. Придётъ время -- и она искренно раскается въ томъ, что упустила такой прекрасный случай! Но старая маркиза устроитъ дѣло. Я сообщу объ этомъ на завтрашнемъ раутѣ Ауріѣ. Впрочемъ, быть можетъ, бѣдный Фредерикъ найдётъ что-нибудь получше. Скажите, вы читали ея отвѣтъ на его письмо?"
XXXVI.
Такимъ-образомъ и блестящіе мундиры, и сіяющіе гербы отвергаются гуртомъ, пока, наконецъ, не приходитъ нора, когда, благодаря всесокрушимости времени и усталости сердца, счастье не поворотится въ пользу спекулянтовъ на богатое приданое. Кончается, обыкновенно, тѣмъ, что прекрасная невѣста выходитъ за какого-нибудь джентльмена изъ военныхъ, изъ писателей или, просто, изъ любителей скачекъ, послѣ чего фалангѣ отвергнутыхъ воздыхателей остаётся въ утѣшеніе злословить такой несчастный выборъ.
XXXVII.