Лордъ Генри былъ великимъ дѣятелемъ по части выборовъ и зналъ, какъ крыса или кротъ, всѣ подземные ходы для проведенія кандидатовъ гнилыхъ мѣстечекъ; но выборы въ графствѣ стоили ему гораздо дороже, потому-что сосѣдній шотландскій графъ Гифтгэббитъ имѣлъ значительное англійское вліяніе въ той же самой мѣстности, да сверхъ-того сынъ послѣдняго, достопочтенный Дикъ Дайсдрэббитъ, представлялъ въ Парламентѣ противуположную партію (то-есть, если хотите, ту же партію личнаго эгоизма, но только иначе мыслившую).
LXXI.
Вотъ причина, почему лордъ Генри являлся въ графствѣ такимъ любезнымъ и осмотрительнымъ хозяиномъ. Однихъ старался онъ привлечь на свою сторону учтивостями, другихъ -- услугами, а всѣхъ вообще -- обѣщаніями. Эти послѣднія расточалъ онъ въ изрядномъ количествѣ направо и налѣво, такъ-какъ не находилъ нужнымъ подводить имъ итоги; но, исполняя нѣкоторыя изъ нихъ и нарушая другія, достигалъ того, что слово его ходило въ одинаковой цѣнности съ другими.
LXXII.
Другъ свободы и землевладѣльцевъ, онъ былъ въ то же время другомъ правительства, держась въ послѣднемъ случаѣ -- какъ онъ выражался самъ -- благоразумной середины между погоней за мѣстами и патріотизмомъ. Правда, онъ занималъ -- почти но принужденію, и единственно изъ желанія угодить своему государю -- нѣсколько доходныхъ должностей, хотя -- прибавлялъ онъ изъ скромности, отвѣчая на нападки противниковъ -- далеко по былъ способенъ ихъ занимать и, конечно, самъ бы порадовался ихъ уничтоженію, еслибъ это не вело къ ниспроверженію всѣхъ законовъ.
LXXIII.
Онъ всегда предоставлялъ себѣ е свободу сознаться"... (Откуда произошло это выраженіе и англійское ли оно?-- нѣтъ! оно только парламентское!) сознаться въ томъ, что страсть къ нововведеніямъ сдѣлала въ послѣдніе дни несравненно болѣе успѣховъ, чѣмъ въ теченіе всего прошлаго столѣтія, и что онъ никогда не позволялъ себѣ искать извѣстности незаконнымъ путёмъ, хотя и готовъ пожертвовать всѣмъ для общественнаго блага. Что же касается занимаемыхъ имъ должностей, то онѣ -- но его словамъ -- приносили ему гораздо болѣе хлопотъ, чѣмъ дохода.
LXXIV.
Богъ и друзья знаютъ очень хорошо, что спокойная жизнь частнаго человѣка всегда была его единственнымъ и постояннымъ желаніемъ; по могъ ли онъ покинуть своего короля въ такихъ тяжелыхъ обстоятельствахъ, когда погибель грозитъ всему государству и демагоги, съ ножомъ въ рукахъ (о, проклятая рѣзня!), готовы всякую минуту разсѣчь гордіевъ или Георгіевъ узелъ, сплачивающій воедино общины, лордовъ и королей?
LXXV.