Педрильо, гувернеръ и мужъ ученый;
Хоть много языковъ онъ понималъ,
Теперь безъ языка былъ и смущенный
На койкѣ опрокинувшись лежалъ,
Кляня со стономъ каждый новый валъ.
Къ тому жъ волна сквозь палубу влетала,
И пѣною Педрильо обдавала.
XXVI.
А вѣтеръ крѣпъ и къ ими дулъ сильнѣе,
И новичкамъ казалось страшно море.