И муки ихъ еще страшнѣе были.
CIII.
И вотъ -- земля!... Былъ восхищенъ ихъ взглядъ
Роскошнымъ лѣсомъ, сочными вѣтвями,
Съ которыхъ словно вѣялъ ароматъ...
Имъ, видѣвшимъ такъ долго предъ глазами
Лишь только знойный, жгучій неба сводъ
И яркій блескъ необозримыхъ водъ
Соленой, грозной, мертвенной пучины.
Прекрасными казалась тѣ картины...