CXXXIV.
И такъ, его оставили онѣ.
Въ мертвецкій сонъ онъ тотчасъ погрузился,
Но передъ нимъ въ его покойномъ снѣ
Несчастій прежнихъ образъ не явился,
Хоть иногда несчастья прежнихъ дней
Проходятъ въ снахъ, какъ мрачный рядъ тѣней:
Мы въ страхѣ просыпаемся отъ грезы
И по щекамъ бѣгутъ ручьями слезы.
CXXXV.