Ни водяная капля средь степей,
Бургонское съ прозрачностью своей --
Все это не замѣнитъ намъ собою
Тебя, Гохгеймеръ, съ содовой водою.
CLXXXI.
И такъ, въ тотъ часъ весь берегъ точно спалъ
И словно небо самое дремало.
Песокъ недвижной массою лежалъ
И синяя волна не бушевала.
Лишь крикомъ птицъ смущалась тишина,