И все кругомъ теперь ихъ восхищало,
Все о прошедшемъ имъ напоминало.
XXI.
Но въ этотъ часъ ихъ тайный страхъ смутилъ,
И горизонтъ ихъ счастья омрачился:
Такъ струны арфы вѣтеръ шевелилъ
Иль надъ огнемъ мгновенно проносился.
Предчувствіе Жуану давить грудь,
И онъ не могъ глубоко не вздохнуть,
А глазки Гайде, полные печали,