Я глазъ не отводилъ отъ мертвеца.
Мнѣ удавалось труповъ видѣть много,
Но не встрѣчалъ такого я лица:
Оно спокойно было такъ и строго.
Хоть онъ въ животъ и въ сердце былъ пронзенъ,
Казалось мнѣ, что впалъ онъ въ тихій сонъ!...
Мертвецъ снаружи не былъ облитъ кровью
И думалъ я, склонившись къ изголовью:
XXXVI.
"Что значитъ смерть? Ты долженъ мнѣ сказать..."