На всѣхъ кругомъ,-- таковъ въ ней царскій видъ,--
Она какъ будто цѣпи налагаетъ,
Но насъ блаженство самое страшитъ,
Когда въ немъ деспотизмъ преобладаетъ.
Нашъ духъ одну свободу признаетъ
И, если тѣло часто терпитъ гнетъ,
То цѣпи допускаемъ лишь на время:
Духъ, наконецъ, осилитъ это бремя.
CXI.
Высокомѣренъ былъ ея привѣтъ,