Всѣ одалыки начали ворчать,
Напуганы фальшивою тревогой,
Досаду не скрывала даже "мать":
Чтобъ говорить съ дѣвчонкой-недотрогой
О глупомъ снѣ, теперь была должна
Покинуть ложе теплое она.
Дуду, прослушавъ выговоръ, вздыхала
И стала сожалѣть, что такъ кричала.
LXXX.
"За дѣломъ же насъ вздумала будить