Чаруя всѣхъ, кумиромъ былъ народнымъ;
Притомъ, сердца всѣ забирая въ плѣнъ,
Онъ съ ногъ до головы былъ джентельмэнъ.
LXXXV.
Жуанъ какъ свой былъ принятъ высшимъ кругомъ,
Вездѣ встрѣчалъ онъ ласку и привѣтъ;
Всѣ обращались съ нимъ какъ съ добрымъ другомъ.
Талантами обворожилъ онъ свѣтъ,
Что всѣхъ цѣнить умѣетъ по заслугамъ.
Понятно, что, обласканъ и пригрѣтъ,