LXXXII.
Смиреньемъ гордымъ (если только есть
Смиреніе такое) и сноровкой
Себя сдержать -- Жуанъ могъ въ душу влѣзть
Какой угодно дамы. Въ свѣтѣ ловко
Пускалъ онъ въ ходъ то шуточку, то лесть,
Всегда соображаясь съ обстановкой;
Людей на откровенность вызывать
Имѣлъ онъ даръ, хоть то умѣлъ скрывать.
LXXXIII.