Это произошло отъ того, что поэтъ ставитъ основные вопросы, но не рѣшаетъ ихъ и указываетъ, что мыслящему человѣку приходится постоянно оставаться съ неудовлетворенностью сомнѣнія. Въ разсматриваемой поэмѣ Байронъ приступалъ къ обзору и уясненію жизни преимущественно съ точки зрѣнія разсудочной критики, при чемъ въ немъ здѣсь сравнительно рѣдко говорила сердечность, скорбь объ участи человѣка, въ особенности -- въ низшихъ сферахъ человѣческой жизни.
Критика Байрона начиналась съ самоуничтоженія субъекта и признанія его ничтожества:
Какъ много есть вопросовъ безъ отвѣта!
Намъ не провѣдать тайны роковой.
Откуда мы, что скажетъ намъ могила?--
Вопросовъ тѣхъ неотразима сила *).
*) VI, 63: What are we? and whence came we? bat shall be etc.
Тѣмъ таинственнѣе и неразрѣшимѣе вопросы о вѣчности {X, 20; XI, 34.}. Байронъ повторяетъ слова трагедіи о Гамлетѣ:
Зачѣмъ на свѣтѣ люди? Нѣтъ отвѣта;
Грядущее жъ темно *).