Но пылъ ея въ концѣ концовъ угасъ
И слезы градомъ хлынули изъ глазъ.
СХХХѴІІ.
Грозой въ ней гнѣвъ проснулся и грозою
Безъ словъ пронесся мимо. Женскій стыдъ
Впервые пробудился въ ней рѣкою,
Что прорвала плотину и шумитъ;
Ея онъ душу наводнилъ собою,
Невыносима боль такихъ обидъ.
Хоть раны ихъ и жгучи и глубоки,