Его одинъ лишь разъ, одинъ лишь разъ,

И этому теперь ужь тридцать пять

Минуло лѣтъ; я и въ то время не былъ

Ужь молодымъ.

Барбариго.

Присядьте, государь;

Вы всѣ дрожите.

Дожъ.

Это похоронный

Звонъ о моемъ несчастномъ сынѣ. Горько!