Покуда въ немъ, иль въ собственномъ моемъ,
Есть хоть душа живая.
Барбариго.
И тебя
Ни блѣдная жена его, съ своею
Печалью безнадежной, ни старикъ
Отецъ его, который при наружномъ
Спокойствіи высокаго чела
Такъ часто измѣнялъ себѣ,-- то дрожью
Внезапною, то градомъ крупныхъ слезъ