ФОСКАРИ.

О, мой дорогой,

Любимый другъ! А какъ же наши дѣти?

МАРИНА.

Признаться, я боюсь, чтобы во имя

Политики Венеціи, которой

Не значитъ ничего порвать святѣйшій

Союзъ родства, враги не запретили

Намъ взять дѣтей съ собой.

ФОСКАРИ.