Ты былъ мнѣ самымъ дорогимъ изъ всѣхъ
Дѣтей моихъ, когда ихъ было много,
Тѣмъ болѣе мнѣ дорогъ ты теперь,
Когда одинъ остался; но коль скоро
Потребовала бъ родина, чтобъ были
Исторгнуты изъ гроба кости прочихъ
Моихъ дѣтей и высланы въ изгнанье
И если бъ тѣни ихъ, слетѣвшись, съ плачемъ
Возстали противъ этого -- я все же
Остался бъ твердъ, какъ камень, ради долга,