Не отдохнетъ у этихъ водъ:
Струя, питавшая фонтанъ,
И въ сердцѣ кровь твоя, Гасанъ,
Уже исчезли навсегда.
Здѣсь не услышатъ никогда
Негодованія людей,
Ихъ радостей и ихъ скорбей.
Послѣдній звукъ была печаль --
Вѣтръ заглушилъ его и вдаль
Унесъ рабыни дикій стонъ;