Его въ мученьяхъ я род и ла,
Но такъ отрадно думать было,
Что у груди своей увижу я его!
О, для чего же онъ родился?
Чѣмъ провиниться могъ,
Чтобъ гнѣвный Богъ
На бѣдное дитя вооружился?
Чт о въ молокѣ моемъ такого, для того,
Чтобъ смерть и небеса, и землю возмутила
На сына моего