Нимврода кровь изсякла, и чтобъ сказкой
Пастушеской окончились тринадцать
Столѣтій царства славнаго. Пора!
Я долженъ пробудить его,-- я знаю,
Еще живетъ въ изнѣженной душѣ
Безпечная какая-то отвага,
Которую развратъ не заглушилъ.
Таится мощь, заснувшая на время.
Подавлена она, но не погибла,
Погружена въ пучину сладострастья,