Съ нимъ такъ же, какъ онъ съ нами поступилъ.

Пусть день и ночь мечами херувимы

Его разятъ, въ ногахъ крутятся змѣи

И горькою отравой станетъ пища!

Пусть листья, на которыхъ онъ уснётъ,

Въ зловредныхъ скорпіоновъ обратятся

И вѣчнымъ страхомъ станутъ сновидѣнья,

И даже, пробуждаясь, призракъ смерти

Пусть видитъ предъ собой онъ постоянно!

Пусть та вода, которую онъ пьётъ,