Онъ изнуренъ кровавой раной, боемъ,
Но взоръ его, исполненный покоемъ,
Не выдаетъ страданья. Далеко
Шумитъ толпа, свой страхъ забывъ легко.
Но лучшіе изъ воиновъ, на дѣлѣ
Видавшіе Конрада, не хотѣли
Надъ нимъ глумиться: въ яростной борьбѣ
Онъ имъ внушалъ невольный страхъ къ себѣ.
Конрада провожая къ каземату,
Дивились стражи храброму пирату.