Нѣтъ, я, какъ левъ, остался одинокимъ!
АББАТЪ.
Но для чего же общества ты бѣгалъ
И изъ людей ни съ кѣмъ не могъ ужиться?
МАНФРЕДЪ.
Затѣмъ, что жизнь глубоко презиралъ я,
Хотя меня никто не звалъ жестокимъ.
На злое дѣло не былъ я способенъ;
За-то я зло любилъ искать повсюду.
Я -- какъ самумъ: дыханьемъ раскалённымъ