Съ какой-то темной шайкой! И не страшно
Подумать мнѣ, что предковъ рядъ, изъ коихъ
Зарыты тамъ два дожа, грозно встанетъ,
Чтобъ взять меня и уложить въ могилу
Съ собою рядомъ, чтобъ остался я
Тамъ чистымъ между чистыми... Но я
На горе мнѣ теперь обязанъ думать
Не объ отцахъ, а o презрѣнной шайкѣ,
Успѣвшей запятнать такимъ стыдомъ
Мое неопозоренное имя,