Нѣтъ! вижу я, что слишкомъ долго жилъ..
Что, впрочемъ, толковать объ этомъ! Другъ мой,
Обиженный мой другъ, дочь Лоредано,
Честнѣйшаго изъ смертныхъ! Могъ ли думать
Отецъ твой, отдавая мнѣ тебя,
Что отдалъ онъ тебя на поруганье,
На стыдъ. Тебя! невинную! Будь мужъ твой
Не я, а кто-нибудь другой -- ну кто бъ
Тамъ ни былъ, лишь бы только не властитель
Венеціи -- не смѣла бы коснуться