Мнѣ стали инквизиторы. Не адъ ли
Такая жизнь? Одно осталось мнѣ:
Покой въ семейной жизни; но и онъ
Отравленъ злобой ихъ. Мои пенаты
Разбиты на домашнемъ очагѣ,
Гдѣ царствуетъ теперь одно презрѣнье
И дерзкая насмѣшка.
ИЗРАЭЛЬ БЕРТУЧЧІО.
Оскорбленье,
Не спорю, велико; но месть недолго