И самый шумъ походки дѣвы
Въ себѣ ту-жъ музыку таилъ!
Но тѣ, къ кому тотъ шопотъ былъ,
Не пробуждались. И порхаетъ
Казачка вонъ; но напередъ
Она свой взоръ въ меня вперяетъ;
Еще разъ знакъ мнѣ подаетъ,
Что скоро вновь она придетъ,
И что мнѣ нечего страшиться;
Что не замедлитъ все явиться