И міръ унаслѣдуетъ горечь страстей.
Не стыдно ли будетъ тебѣ оставаться
Въ живыхъ, пить и ѣсть и женой наслаждаться?
Ужель твоё сердце такъ робко и зло,
Чтобъ знать обо всёмъ и не хмурить чело?
Нѣтъ, храбрости, видно, въ тебѣ не хватило,
Чтобъ лучше погибнуть средь хляби и ила,
Чѣмъ робко защиты искать у отца
Въ виду молчаливыхъ могилъ безъ конца.
Кто можетъ свой родъ пережить согласиться?