Его приподняли; но ликъ,
Въ крови, въ пыли, былъ страшенъ, дикъ;
Сочилась кровь изъ блѣдныхъ губъ
И былъ онъ холоденъ какъ трупъ.
Не билось сердце, блескъ въ глазахъ
Потухъ и замеръ стонъ въ устахъ.
Онъ умеръ, но кончины мигъ
Не возвѣстилъ ни вздохъ, ни крикъ,
И прежде чѣмъ мелькнула въ немъ
Мечта о Промыслѣ благомъ,