Порвавъ узду, пугливый конь
Бѣжалъ на волю, весь огонь;
Лягушки крикъ свой средь трясинъ
Въ нестройный слили хоръ одинъ;
А на горахъ, гдѣ гулъ не молкъ,
Взвылъ не одинъ голодный волкъ.
И, вторя вою волчьихъ стай,
Шакалы вдругъ подняли лай,
Протяжный, жалобно-глухой,
Какъ дѣтскій плачъ иль песій вой.