Горя огнёмъ тропическихъ лучей.
Яснѣй клинка дамасской свѣтлой стали
И, какъ невинность робкая, чисты,
Его струи надъ бездною сверкали,
Какъ серны взоръ съ нагорной высоты.
Припавъ къ ручью, они. казалось, пили
Въ послѣдній разъ: такъ сильно истомили
Ихъ жаръ страстей и полдня жгучій зной.
И вотъ, омывъ застывшей крови слой
Съ присохшихъ ранъ студёною водой,