Вотъ всё, что вкругъ о нихъ напоминало,
И всякъ бы могъ -- не будь здѣсь челнока --
Всё это счесть за грёзы моряка.
Но если зло ихъ къ мщенью побуждало,
То суевѣрье медлить запрещало.
Одни клялись, что онъ надъ глубиной
Исчезъ какъ свѣтъ съ могилы въ часъ ночной;
Другіе жь -- что сіянье окружало
Его чело, какъ образъ неземной.
Но прежде чѣмъ баркасъ ихъ удалился,