Ахъ, я былъ бы радъ тюрьмѣ,
Если бъ въ ней я былъ съ тобой,
Мнѣ свѣтилъ бы и во тьмѣ
Непреклонный образъ твой!
Ты льстецовъ теперь узналъ,
Ихъ напрасно долгъ зоветъ...
Ты имъ троны раздавалъ,
He жалѣлъ для нихъ щедротъ,
Но заемной славы свѣтъ
Вновь природной тьмой объятъ: