Какъ дивная полуденная ночь;
Исполнены плѣнительныя очи
Небеснаго и тихаго огня,
Какого нѣтъ у самой ясной ночи,
У самаго блистательнаго дня!
Однимъ лучомъ, одною тѣнью болѣ, --
И безыменной нѣтъ уже красы,
Что сладостно покоилось дотолѣ
Въ волнахъ ея изнѣженной косы,
И на челѣ возвышенномъ сіяла,