ГАБОРЪ.

Чортъ васъ побери! Кто жъ можетъ

Въ томъ сомнѣваться, кромѣ подлецовъ,

Какихъ еще на свѣтѣ не бывало.

ШТРАЛЕНГЕЙМЪ.

Вы горячитесь, сударь.

ГАБОРЪ.

Вы хотите,

Чтобъ я сосулькой ледяною сталъ

Передъ дыханьемъ слугъ и господина?