Пять милліоновъ душъ, хранившихъ строго
Завѣтъ старинный, права онъ лишилъ
Провозглашать открыто имя Бога,
И ваше, Петръ, и ваше, Михаилъ!--
Ужель вамъ мало этого предлога,
Чтобъ былъ низвергнутъ тотъ, кто отрѣшилъ
Католиковъ отъ всякаго почина
Во всѣхъ святыхъ дѣлахъ христіанина!
XLIX.
Молиться Богу онъ не воспрещалъ;