И грянулъ громъ надъ сушей и водою,
Сливаясь съ гуломъ адскихъ батарей
(Великій Мильтонъ былъ того же взгляда,
Что пушку сдѣлалъ главный мастеръ ада).
LIII.
Весь этотъ гулъ раздался, какъ сигналъ
Той рати душъ погибшихъ, чьей опекѣ
Просторъ міровъ несмѣтныхъ подлежалъ,
Текущихъ, бывшихъ, будущихъ. Навѣки
Къ своимъ мѣстамъ ихъ адъ не приковалъ,