Иль сжатый воздухъ, шаръ свой напрягая,
Иль -- что печальнѣй -- колика людская.
LXXV.
Высокій призракъ, тощій и сѣдой,
Какъ еслибъ онъ при жизни былъ ужъ тѣнью,
Прошелъ впередъ, въ движеніяхъ -- живой,
Ничѣмъ не выдавъ, кто онъ по рожденью;
Унылъ и веселъ, маленькій -- большой,
Онъ вѣчно былъ подверженъ измѣненью,
Сейчасъ одно,-- глядишь, уже не то,