Бирюзинъ нѣсколько времени молча смотрѣлъ на нее.
-- Я уѣду, сказалъ онъ наконецъ съ какой-то отчаянной рѣшимостью и отодвинулся отъ стола.
Дорогина подняла свое еще больше поблѣднѣвшее лице, взглядъ ея упалъ на склоненное лице молодаго человѣка, не поднимавшаго глазъ и съ нахмуренными бровями ломавшаго пальцы.
-- Это рѣшено? спросила она послѣ долгаго взгляда и губы ея дрожали.
-- Это рѣшеніе зависитъ отъ васъ, коротко отвѣчалъ Бирюзинъ.
Дорогина опятъ наклонилась надъ работой, но слезы, навернувшіеся на ея глазахъ, мѣшали ей видѣть что нибудь.
-- Болѣе мнѣ уже ничего не остается дѣлать, также коротко и глухо прибавилъ Бирюзинъ.
Молодая женщина дѣлала усиліе продолжать работу.
-- Пока я могъ -- я терпѣлъ и сносилъ. Больше не могу, сказалъ Бирюзинъ, не поднимая глазъ.
Дорогина отложила работу и облокотилась на столъ. Наступило молчаніе.