– Еще что скажешь? По какому делу пришел?
Тот, понятно, курлыкает:
– Как, мол, живете-можете со старичком-то? Все ли по-хорошему?
– А так, – отвечает, – живем: в люди не ходим, к себе не зовем, а незваного по рылу помелом.
Поговори вот с такой!
Какие бабеночки с задельем подбегали, будто взаймы перехватить того-другого по хозяйству, с теми по-разному обходилась. Иной сразу отрежет:
– Не припасла про тебя, и напредки ко мне не ходи!
Другой без отказу даст что попросит. Мучки там, маслица, картошки либо еще чего и про отдачу никогда не спросит, а лишнего слова все равно не скажет. Только гостьюшка пристроится посудачить, Жабреиха таз да вехотку в руки и говорит:
– Беги-ко, Степаня, домой! Ребята ведь у тебя. Дела-то побольше моего. Я вон и то мыть собралась, а ты сидишь, будто от простой поры!
Так и жили Жабрей с Жабреихой от людей на отшибе.